jan_pirx: (Default)
Не знаю, как вам, а мне мадридские постановки нравятся больше михайловских... Наши балетные пишут, что классический танцор легко обучается новой чужой пластике, а я думаю, — нет... Смотрю на Лебединое озеро и на постановки Начо — там естественно, а там — натянуто...

А это СND  без Начо (осень прошлого года)... Неплохо? Схожу на них обязательно...

jan_pirx: (Default)

Вчера ходили в театр на Начо Дуато. «Золотая маска» на сцене театра Станиславского и Немировича-Данченко.

Три одноактных балета Михайловского театра.

Михайловский театр — это бывший Малый оперный на Михайловской площади (пл. Искусств). Историческое имя было возвращено официально в 2001 г. Пишу подробно, потому что Александринку и Мариинку в моем кругу так называли всегда, а Михайловский почему-то — просто Малым оперным... Не знаю, почему. Во всяком случае, я, ходящий в театры не регулярно, а по случаю, а иногда — запоями, как Онегин — разочарованный в современном лицедействе, некоторое время думал в зрительном зале, программку читая, что же за театр такой — Михайловский — и путем логических рассуждений все же пришел к выводу — что Малый оперный... Не судите строго за такое невежество... И ведь был же там в начале 2000-х на каком-то спектакле, а внимания не обратил, что переименовали, а, может, это как раз 2001 и был... Лекцию тогда на конференции в Астории читал, а в театре — в рамках группового культпохода... Не мог заставить себя в 2000-е ездить в Питер... Не мой стал город, чужой... Публика другая... В 2003 году проездом на машине заехал — долго потом плевался от гадкой-прегадкой раскидистой клюквы, которую сделали к трехсотлетию там. А ведь было время...

Наверное с конца 2000-х и стал опять туда наезжать, и все больше однодневно на конференции всякие скучные... И только с прошлого года опять с городом постепенно стал мириться... А теперь и вовсе не могу без него долго быть, опять тянет, хотя все равно не то... Опустили тебя, столица моя Царская...

Начо Дуато — это испанская ярость, испанская страсть, испанская изящность и испанская наивность.

Банановый барон, который правит театром с 2007 года, его из Мадрида выцепил в 2010 году и поставил над балетной труппой. Сделал с третьей попытки настоящей визитной карточкой Михайловского театра.

Начо к лету 2010 года был готов. Чеховский театральный фестиваль, возможность постановки в Большом своих спектаклей — (а нам надо ли было для таких спектаклей именно Большой подставлять?) — расслабили его, сделали податливой жертвой иллюзий искренней любви, уважения — а что будет, когда сон в летнюю ночь закончится?

Вот какой был Начо тем летом: даже если не знаете языка, посмотрите — радостный, принявший решение, расстающийся с Мадридом, влюбленный в новую свою страну... Сколько радости, сколько наивности, сколько оптимизма:

Но обратите внимание на руки: нервные, выдающие внутреннюю борьбу: правильно ли поступаю, забалтывание, как заклинание...

А здесь, в интервью начала 2010 года — последние месяцы работы в Мадриде в кадре — само по себе интересно, плюс бегло великолепные кадры из вершинных работ — но обратите внимание на руки, не просто тремор, а нервный тик, на то, что происходит с ногами... Кризис... Посмотрите, даже если ничего не понимаете!


А вот Начо, входящий в свою новую роль: смотрит спектакль предыдущего «гастролера» — Мессерера — которого банановый барон немного раньше притащил из Лондона (сейчас по официальной информации Михаил Мессерер надзирает над классическими постановками Михайловского театра — какие страсти кипят внутри — даже разбираться не хочется...). Но интересно: первые репетиции Дуэнде на нашей почве: как трудно им включиться на новую непривычную пластику...


Начо Дуато — мирового уровня танцор и режиссер. К нам залетел из-за конфликта с министершей («la ministra») Анхелес Гонсалес-Синде. Эта тетя считалась ставленницей кино-индустрии и у нее было несколько идей. Одна — запретить испанцам скачивать файлы по протоколу «точка-точка» (борьба с пиратством) — за что многие там ее до сих пор ненавидят, а с Начо — коса на камень нашла — обидела она его, попытавшись во что-то вмешаться... Скандал был тот еще: официальное празднование двадцатилетия Начо во главе Национальной танцевальной компании — и одновременно объявление об отъезде в Москву, о том, что он оставляет Мадрид «навсегда»... Страсти не улеглись до сих пор.

Когда король и королева приезжали в Питер открывать Прадо в Эрмитаже, королева София сказала ему: «Они поступили с тобой очень дурно и не поняли этого...»

В январе этого года Начо приехал в Мадрид, чтобы сняться в документальном фильме, посвященном самому себе и своему бывшему балету. Хвастовству не было предела: у меня теперь 160 танцоров мирового уровня, оркестр из «140 профессоров», кабинет в двух шагах от ложи и пр. и пр. Не на какие уступки не пойду, никогда не вернусь и т. д. Мою школу развалили — танцоры больше ни на что не способны, даже если захотел бы, не могу доверить им больше танцовать мои танцы...Начо сорвал приезд труппы НТК в Россию в рамках «перекрестного года», более того — с июля 2011 года официально запретил «навсегда» постановку своих балетов где-либо... Поэтому мы сейчас имеем «исключительную» возможность смотреть эти постановки в России... Хорошо это или плохо — не знаю... Правильно говорят балетные: если мне нужно посмотреть современный балет — еду в Нью-Йорк или в Лион, у нас были и есть уникальные школы, готовящие классических танцоров... Традицию легко сломать, легко переучить классическую балерину танцовать современный танец — но современную танцовщицу физически невозможно научить танцовать классический балет... Одно из определений Начо в Испании: «убийца классического танца»...

Вот такой теперь в Михайловском худрук... Не соскучишься... «Он будет смел, он будет смел, он будет смел, на то испанец он!» Эх, что будет, когда банановый решит вмешаться??!

Но перейдем к спектаклю... Первый был: Дуэнде... В переводе с испанского: домовой... Это оттуда, из мадридского репертуара. Очень талантливо: чудесная музыка и музыкальная пластическая йога. Уровень танцоров неровный, но есть такие, которые со своими суставами что-то фантастическое творят, позвоночник чуть не в узел завязывают... Хоть и пишут везде, что сюжета нет, не верьте: все выверено до мелочей. Музыка очень красивая и пластика на музыку очень хорошо ложится. Дуэнде можно посмотреть в интернете в родном, испанском исполнении (братья-поляки постарались записать). Правда, красиво?


Эх, братья и сестры, глаза закрываются — и завтра тяжелый день. Еще 2 спектакля хочу описать, но не сейчас... Хорошего вам всем дня и хорошего настроения! Пока...

PS.
Взамен удаленного из интернета интервью CNN+ помещаем ссылку на интервью того же периода телекомпании RTE. Видеоряд немного другой, менее зрелищный, но очень любопытный:


jan_pirx: (Default)
Утро 8 марта. Наша гостиница в Мадриде. На 1-м этаже -- знаменитое когда-то литературное кафе "Варела". Было закрыто, когда здание обветшало. Гостиница выкупила здание и назвала свой ресторан, помещающийся на углу площади Санто-Доминго, "Кафе Варела". Еще пару месяцев назад внутри кафе была бронзовая мемориальная доска поэту Эмилио Каррере.
Теперь ее нет. При выезде спросил на рецепции, почему? Сказали, не знаем... Жаль... У меня где-то фото доски осталось. Политкорректность? Возможно... Здесь ничему нельзя сейчас удивляться... Из-за политкорректности Эмилио Каррере сейчас почти не издают...




Наша улица в Мадриде -- калье Пресиадос. В конце улицы прямо по курсу -- книжный магазин FNAC.  Если пройти немного дальше вперед -- центральная площадь Мадрида Пуэрта дель Соль (Солнечные ворота). Наша улица -- один из лучей, ведущих к ней. Там на углу еще один большой хороший книжный магазин.

8   марта 2012 (продолжение)

Ровно в 15:35, точно по расписанию, наш поезд прибыл на вокзал Санта-Хуста в центре Севильи. Гостиница наша — Hotel Sevilla Center — не так далеко от вокзала, практически на одной улице с ним, но мы взяли такси, которое нас довезло за считанные минуты.

Выбор гостиницы в Севилье оказался делом нелегким. Мы путешествуем, поэтому удобно было бы расположение как можно ближе к историческому центру (это первое), нам нужен хороший стабильный интернет (это два), завтрак должен быть плотным (минимум — яичница или скрэмбл с ветчиной) (это три). И не должно быть явных неудобств в сервисе (грязи, шума и т. д.). Я обычно в выборе гостиниц не ошибаюсь, но редко бывает так, что  нет нескольких похожих варьянтов. С Севильей все оказалось сложнее. Практически единственным подходящим выбором в старом городе был «Альфонс  XIII» с запредельными ценами. А это значит — навязчивый сервис, распущенный персонал и полное безразличие к гостю при внешней подчеркнутой «сервисности».

Кроме того, большая часть гостиниц старого города располагается в сложных по коммуникациям и ремонту зданиях, располагаются в шумных или проблемных местах, поэтому я и выбрал рядом с центром, но не в самом центре — и не ошибся с выбором.

Быстрый интернет, комфортный номер, цена адекватная, прекрасный завтрак — и возможность для прогулок разными путями в старый город. Современное здание со всеми удобствами цивилизации (кстати, принадлежащее скандально известной фирме NOGA, которой Ельцин предоставил государственные гарантии по сделке, и которая одно время постоянно пыталась наложить арест на имущество РФ за рубежом — здесь ей почти целый квартал принадлежит). Номер на 12-м этаже с хорошим видом на старый город.

О погоде. Погода здесь сейчас изумительная для прогулок и осмотра города. Днем — до 26 градусов, вечер прохладный, нет ощущения жары днем, но и не холодно даже при ветре. Ясное небо, без дождя — отлично!

Итак, мы в номере. Я заказывал номер с видом на сад — получил с видом на сад. Здесь когда-то находился королевский сад, описанный Сервантесом в одном из его романов, о чем свидетельствует изразцовая надпись 1916 (!) года — не испорченная и не разбитая. Рядом комплекс старинных зданий бывшего артиллерийского завода — мы вначале подумали, что монастырь.

До старого города — 10-15 минут пешком, можно идти разными путями — поэтому интересно. До центра старого города — еще 10-15 минут. Живем здесь уже третий день — и никаких отрицательных эмоций.

После заселения в номер, я постарался наладить интернет, чтобы можно было спокойно пользоваться всеми устройствами. Здесь используется самая противная и самая распространенная в Испании идентификация через браузер. На рецепции вместе с электронным ключом-карточкой вы получаете код доступа, который нужно вводить через окно браузера. Где-то у них на сервере прописывается мак-адрес вашего компьютера, и никакое другое устройство больше по данному коду подключиться не может. А у нас: MacBook Air — основной компьютер, 2 iPad’а, 2 iPhone’а и суперпортативный Windows-компьютер Archos. Чтобы все устройства могли нормально пользоваться интернетом, возим с собой маленькую коробочку (размером с пачку сигарет) Trendnet TEW-655BR3G. Это просто шикарная штука! Можно купить предоплаченную 3G-интернет-симку с USB-стиком — вставил — и получаешь WiFi у себя в кармане (можно даже через скайп звонить, можно работать с айпэдом онлайн). Можно вставить в проводную сеть — и будет раздавать WiFi внутри номера. А при таком варианте, как у нас в Севилье, получается следующая схема: MacBook Air  соединяется с WiFi сети гостиницы, получает доступ и как устройство прописывается у них на сервере. Тренднет подключается к макбуку по витой паре, получает общий доступ к интернету от макбука и создает собственный вайфай, к которому подключаются остальные устройства. Настройки очень простые, для меня их сделал наш руководитель IT Владимир Владимирович. Все подключается автоматически.


После вселения в номер у меня ушло минут двадцать на то, чтобы все провода соединить и запустить внутреннюю сеть, и после этого я на полтора часа просто уснул.


Вид из окна нашего номера. Внизу -- историческое место бывшего королевского сада, описанное "гениальным выдумщиком" Сервантесом в одном из своих романов.


 Изразцы -- визитная карточка Севильи. Это надпись на стене сада под нашими окнами была сделана в 1916 году.
В 1614 году, за 2 года до смерти Сервантес опубликовал книгу "Назидательные новеллы". Это место в Севилье упоминается в новелле "Ринконете и Кортадильо", входящую в состав книги.
Карьярта жалуется:
И вот в награду за мою учтивость и ласку он, порешив, что я утаила от него часть бывших у меня денег, вывел меня сегодня утром в поле, за Королевский сад, и там, в оливковой роще, раздел меня донага, взял пояс, не подобрав и не сняв с него железа (самого бы его, черта, в кандалы да железо заковать), и так меня отстегал, что я еле жива осталась, -- а истину моих слов подтвердят синяки, которые вы все видите.

Поле за Королевским садом -- это и есть место парка рядом с нашей гостиницей :)

Образцовые новеллы считаются вершиной творчества Сервантеса.

В новелле «Ринконете и Кортадильо» Сервантес изображает криминальный мир Севильи, глубоко проникая в характеры героев. Критики считают, что в этой новелле Сервантес во многом преодолевает рамки плутовского романа.
В XVI — XVII веках Испания во многом была не похожа на другие европейские страны. Испания отвергала буржуазный путь и стремилась к имперским ценностям (религия, патриотизм, отвага и честь). Отчуждение от буржуазного пути усиливались контрреформацией. Культурным выражением этих тенденций были с одной стороны, спиритуализм, а с другой — плутовской роман. Плуты отвергают буржуазный образ жизни, пользуются чужим богатством, которое не даем им счастья и болтаются с места на место, не желая ни к чему прилепиться. Плут выстраивает свою собственную антисистему благородства, ярко индивидуалистичную.
Севилья не случайно стала местом действия плутовской новеллы Сервантеса. В начале XVII века она была самым богатым городом мира, поскольку была главным испанским портом, через который богатства из Америки поступали в страну. Жизнь Севильи была космополитичной и повязанной коммерцией. Сервантес неоднократно бывал в Севилье, и передал в новелле эти свои впечатления.
В этот приезд мы видели в старом городе еще одну похожую изразцовую надпись, тоже посвященную «Ринконете и Кортадильо» — на улочке, ведущей в Алькасар. Наверное, есть или были другие, возможно не все сохранились...



А ищ нашего окна артиллерийская фабрика видна...





Вид из нашего окна (другая часть сада, прорезанного авенидой...

При халифах это место было блаженным уголком с тысячами оливковых деревьев и виноградных лоз. Это была не сельскохозяйственная, а рекреационная зона. Акведук из Кармоны, остатки которого мы видели на следующий день, доставлял воду и наполнял прекрасные водоемы. После изгнания мавров все пришло в упадок, на какое-то время возродилось на рубеже  XVI и XVII веков, постепенно превратилось в руины.
В конце  1990-х годов сады Буайры были возрождены по специальному проекту, но оказались разделенными на 2 части авенидой. На древних исламских фундаментах возвели дворец и сделали квадратный пруд. Парк засажен оливковыми, апельсиновыми деревьями и пальмами, что символизирует преемственность между древней традицией этого места и современностью.
Интересную брошюру по проекту возрождения садов Буайры на английском языке можно посмотреть по ссылке:
http://alandaluslandscapedesign.es/archivos/buhaira_ing.pdf
Из окон гостиницы мы любуемся садами Буайры уже четвертый день... А сегодня прогулялись по «правой части», которая через дорогу...

Около 6 часов вечера пошли смотреть город. Я чувствовал себя отдохнувшим, совершенно свежим, смотрел на все широко открытыми восхищенными глазами.

В старый город мы пошли немного кривым маршрутом — но ничего случайного не бывает! Перед нами показалась невероятно красивое огромное здание, где было написано: Капитания Хенераль (Генеральное Капитанство). Перед входом стояли пушки, здание украшено очень красивыми изразцами, все было настолько неожиданно красиво, что мы пошли обходить это здание по кругу и вдруг попали в сказку:

Перед нами открылась полукруглая большая площадь диаметром в 200 метров. Весь полукруг занимало это совершенно необычное высокое кирпичное здание, фланкированное двумя высокими башнями. Перед зданием — широкий красивый канал, через который переброшено несколько красивых мостов, полностью покрытых изразцами. Красивого вида фонари целиком в изразцах. На площади стоят запряженные ландо с дремлющими извозчиками. Вдоль нижнего фасада здания ниши с названиями старинных испанских городов с изразцовыми картинами и скамейками сплошь в изразцах. На стенах — огромные изразцовые двуглавые орлы Габсбургов, очень похожие на наши русские. За площадью начинается красивый парк. Впечатление производит это ошеломляющее... И народу немного. Время — ранние сумерки, заходящее солнце не слепит, а подчеркивает красоту красок изразцов и изразцовых картин.



Капитания Хенераль


Изразцовый герб Хуана-Карлоса I


Изразцовый герб Габсбургов


А в России 8 марта и снег...


Перед "Главным Капитанством"... Про снега забываешь моментально...


Площадь Испании... А ведь можно побывать в Севилье и сюда не прийти... В путеводителях -- 2 предложения о ней...


Площадь Испании вечером на закате -- сказочное место.






Каждой провинции посвящено изразцовое панно, сверху -- изразцовый герб, внизу -- изразцовая карта. И можно отдохнуть на изразцовой лавочке.



Мы не поняли, что за здание увидели и мимо университета пошли внутрь старого города.

На пути справо был королевский дворец Сан-Тельмо (мы об этом потом прочитали — тогда, конечно, не знали). Это здание городского совета. Когда проходили мимо входа — увидели группу людей в глубине — эх, надо было присоединиться — оказывается со вторника по четверг утром и в 6 вечера проводятся бесплатные экскурсии! Это был сбор на такую экскурсию — последнюю на этой неделе... Увы! Могли попасть, но не попали...



Дворец Сан-Тельмо.

Начало смеркаться. Перед нами открылся боковой фасад Кафедрального собора. Дверь была открыта. Заканчивалась вечерняя служба. Вошли в собор. Стало понятно, что это не основной храм, а тот придел, в котором идут регулярные службы. Но ощущение какое-то особое, благоговейное... Чтение Евангелия, короткая проповедь, все просто и торжественно одновременно... Немного послушали, вышли и пошли дальше вокруг собора — и увидели боковой вход в апельсиновый двор собора. Решетка была закрыта, но через решетку со стороны внутреннего двора (там апельсиновая роща) — увидели Ее — красавицу Хиральду. Приметили ее издали задолго до этого, шли на нее, но только теперь увидели вблизи!


На площади перед Собором.



Хиральда

Пошли по периметру собора дальше и вышли на площадь, где смыкались три квартала: христианский, мусульманский и еврейский. Полюбовались на Хиральду — и пошли бродить по узеньким чистеньким и красивым улочкам старого города. Из виденных городов больше всего напомнило нам древнюю португальскую столицу Эвору — и не удивительно — ровесницы!!!





Бродя по старому городу, вышли к садам Мурильо, прошли через сады — и двинулись к гостинице. Хорошо иметь айпэд с картой. Без этого выбраться из старого города было бы проблематично! Такое хитрое сплетение улочек, так легко теряешь направление!

В гостинице поднялись на 14 этаж (по местному — 13-й, считать начинают с нуля) — там ресторан с прекрасным панорамным видом на старый город. Очень приятно поужинали и вернулись в номер.

В плане еды жизнь здесь устроена так: утром легчайший завтрак (кофе с медиалуной (круассан)), через пару часов — второй завтрак — бутерброд. Основная еда (обед) — с двух до трех, потом все рестораны закрываются до вечера. Но в 5-6 часов вечера можно перекусить в кафе или баре. На ужин рестораны открываются после 8 часов вечера и работают допоздна. У нормальных людей ужин здесь начинается после 9 вечера.

Нас это вполне устраивает, мы привыкли. Только завтракаем по-американски плотно.


jan_pirx: (Default)
7 марта. Утро. Мадрид. Прекрасный солнечный день. Тепло и ветра нет. После завтрака — к 10 часам во ФНАК (что-то вроде Дома книги в Испании) —  совсем рядом с нашей гостиницей. Все рядом с ней, так хорошо она расположена. Preciados VIP. Почти всегда в ней останавливаемся в Мадриде. Есть еще одна — в районе Новых Министерств, рядом с министерством обороны и стадионом Реал. Ее берем, если поздно ночью прилетаешь в Мадрид, а утром — в аэропорт. Прямая ветка метро.
Во фнаке купил 2 путеводителя по Севилье и Андалусии — один на испанском, другой на английском, книжку Борхеса «Расследования» и «Новые расследования» — у меня расследований не хватало в испанском варьянте, поскольку он сам ее в собрание сочинений не включил, включила Мария Кодама уже после смерти, — и недавно вышедшую вторую часть «Истории Испании» Сесара Видаля и Федерико Хименес-Лосантоса («От Хуана Ла Лока до Первой республики»). В их веселом афористичном стиле — кратко в вопросах и ответах развенчиваются исторические мифы. Первая часть вышла пару лет назад, а вторая — буквально на днях. Сейчас, когда пишу эти строки (10 марта, 10 утра) — в Мадриде идет презентация этой книжки:
http://www.cesarvidal.com/index.php/CesarVidal/ver-agenda/presentacion_del_libro_historia_de_espana/
Сесар Видаль русскому человеку известен только своими интервью радио Свободе. Местный мадридский корреспондент одно время его часто приглашал в студию. Жаль, что ничего не вышло в переводе! В эпоху политкорректности — политкорректная коррекция политкорректности — просто блестяще!
Особенно интересны его работы по гражданской войне — например, «Война, которую выиграл Франко» — отлично — вот, что я перевел бы на русский в первую очередь. Там такая концепция: гражданская война в Испании — одно из звеньев цепи революций и контрреволюций, составивших суть истории двадцатого века. При этом 2 мировые войны — при всей их кровавости и трагичности — только эпизоды этого процесса. Первая мировая явилась причиной революций, а вторая мировая — прямым следствием борьбы революций и контрреволюций. Как наиболее яркие примеры разбираются русская революция 17 года, революция и гражданская война в Финляндии — у нас о ней ничего не знают, а она тогда — в 1918 унесла более 25% населения страны — самый кровавый процент! —, цепь кровавых революций в Мексике, и, наконец, гражданская война в Испании с мощнейшим международным участием. Все становится на свои места. Глупо считать гражданскую войну в Испании — первым эпизодом второй мировой войны, поскольку она к началу второй мировой уже закончилась, а в войне Испания прямого участия не принимала (Голубая дивизия — отдельная тема, это были добровольцы, настоящие добровольцы, причем служившие в немецком мундире — Франко запретил носить им испанскую форму).

Без четверти 12 вышли из гостиницы — и на метро «Пуэрта дель Соль» — по голубой ветке без пересадки на вокзал Аточа. Там были уже в четверть первого, спокойно нашли кассу скоростных поездов, по живой очереди (над окнами кассы зеленая надпись: Ventas de hoy — продажа на сегодня, без талончиков) — купили билеты на 13:00 до Севильи. Поезда называются AVE. В Севилью днем идут почти каждый час, время в пути — всего 2 с половиной часа.
Испанские железные дороги — просто чудо, делают жизнь путешественника настолько простой и удобной! В прошлом году мы их испытали впервые во время поездки в Толедо, а теперь — в Севилью.
Севильский поезд делает около 3 остановок — причем значимы для нас — Сиудад Реаль (через час) и Кордова (всего через полтора часа пути!!!).
Туристский класс очень комфортен, работает вагон-ресторан, где можно выпить кофе со снеками, съесть бутерброд, выпить пива.
В 15:35 поезд точно по расписанию пришел на вокзал Санта Хуста в центре Севильи. Ура! Мы в сказочном городе!
(Продолжение следует...)
jan_pirx: (Default)
Поездка в Испанию была намечена заранее, даже билеты были куплены за 2 недели, но, как всегда, толком подготовиться я не смог. Накануне весь день был за городом... Погода была чудесная — мороз около -10, чистый снег, пушистый и сухой сверху, отливающий в голубизну под нашим бледно-голубым небом, переливающийся на мартовском солнце искорками; все такое яркое, необычное для марта, и очень, очень тихо; если и был ветерок, то легкий и приятный...
С таким удовольствием чистил снег на заезде, что уходить не хотелось с участка. Счистил верхний слой снега (неделю ничего не трогал), а под ним оказалась корка из слежалого снега, лопающаяся под острой совковой лопатой как лед на реке в ледоход, а под ним уже — бетонная плита. Молодой кот, родившийся на участке под зиму — серый дымчатый с янтарными глазами — прибежал, лег на плиту и серьезно наблюдал за тем, как обнажается серый бетон, тут же пригревает солнце и образуются мелкие лужицы — лирик! А потом начал с разбегу играть  с мелкими льдинками... А потом его мама пришла — умнейшее созданье, считающее меня своим главным другом, ходит за мной по пятам «как кошка» и требует ласк — так до 5 вечера и чистил снег, общался с кошками, псами и знакомыми, которые останавливались, проезжая мимо... Пришел домой — и не заметил, что уже шестой час... В Москву собрался только к половине десятого, вызывал такси — и домой приехал только часов к одиннадцати... А ведь нужно было еще и всякие компьютерные причиндалы собрать, и гостиницу в Мадриде и Севилье заказать... Лег в половине третьего ночи — а в 6 вставать, а к 8 — на помощь страждущему человечеству...
С чемоданом — на службу, отработал по полной программе, освободился только около 4 дня...
Самолет вечерний в Мадрид из Шереметьева — не люблю ни аэропуэрто, ни данный рейс, но других билетов не было... На метро до Белорусской, оттуда аэроэкспрессом — оказалось правильно — потом узнал про рекордные пробки в тот день — глаза закрываются, голова падает с плеч...
В аэропуэрто бесконечные очереди, контроли, проверки багажа... Слава Богу — терминал E, самый приятный, потому что небольшой... Нормальных мест (проход и середина) в авионе тоже не было — все мудрые люди, оказывается, места себе по интернету бронируют за сутки... Оставалось только — 30 ряд, окно и середина...
Вокруг расположилась компания — даже и не понял, что за... Похожи на отдел НИИ по общественным наукам, оччень хорошо спитый и слитый, сразу после взлета стали праздновать межународный женский день по московскому времени (по мадридскому все еще 7 марта было). К концу полета главных участников растаскивали на руках по их разбросанным местам... А проводнички только улыбались и шутили... Только одна была мысль — долететь, приехать в гостиницу — и спать, спать, без ужина, без вина, без прогулок... Голова валится с плеч... Веки не хотят открываться, смотрю вокруг и всех ненавижу...
Про «женский» день нужно писать отдельно. Много я чего знаю про этот праздник... Было намечено у меня в описании датской поездки, потому что в Копенгагене в 1910 году проходил зловещий конгресс интернационала, где много всяких гадостей было намечено сделать (и сделали!), а на женской секции Роза и Клара предложили этот день... Само название чего стоит: «женский». Столько прекрасных слов есть: девочка, девушка, барышня, дама, госпожа, сеньора, сеньорита... Мать, жена, сестра, дочь... И женщина — тоже хорошее слово, яркое...
Но «женский» — это не от женщины даже, от Розы и Клары, от интернационала.
И здесь, в Испании — то же. Везде: сеньора, сеньорас... И только у анархистов всяких: мухерес либрес... — даже склоняются по мужскому роду...
Даже, если не знаете языка, посмотрите фильм «Либертариас» — и так все понятно, — чтобы иметь представление, что здесь творилось...
http://www.youtube.com/watch?v=SBUXPt6prAA


И вот — Мадрид! Авион прилетел на четверть часа раньше, таксист попался местный, а не как в прошлый раз — навигаторщик, который высадил нас на Пуэрта дель Соль и удрал, запутался в пешеходных улицах...
И что удивительно: как только сели в такси и я опять увидел знакомую дорогу — нет усталости! Нет мизантропии! Легко и радостно.
Вошли в гостиницу — и оказалось, что наше «Кафе Варела» еще работает и готово нас накормить... С каким удовольствием сели за наш обычный столик, поужинали и выпили прекрасного недорогого красного вина!

Мадрид для нас был ряд преддверий
В просторы всех времен и стран,
Легенд, историй и поверий,
Как ярко-синий океан
Мадрид властительно и строго
Шумел у нашего порога...

(Шутка, конечно... Но если серьезно — для нас Мадрид то, — даже больше, — что для Макса был Париж).


Кошка Маша ходит за мной по пятам, даже когда толщину льда в пруду измеряю...
jan_pirx: (Default)
Доброй ночи из гостеприимного спокойного Мадрида! Самолет прилетел на 15 минут раньше, и мы успели поужинать в нашем любимом ресторане "Кафе Варела" -- в том самом месте, где когда-то было литературное кафе, где собирались поэты... Огорчение: после ремонта исчезла последняя мемориальная бронзовая доска внутри... Из-за политкорректности что-ли?.. Про испанскую политкорректность буду писать отдельно... Нет больше доски Эмилио Каррере... А ведь здесь за столиками сидели такие люди, как Мигель Унамуно, братья Мануэль и Антонио Мачадо и еще много других интересных людей...

А я в самолете читал про Севилью... Василий Иванович Немирович-Данченко "В краю Марии Пречистой: очерки Андалусии".
Поделюсь несколькими страницами.





























—  хорошо! — не так ли? :)


jan_pirx: (Default)
Завтра поздно вечером буду в Мадриде! Мадрид — это мой город! Потому что туда — не приезжаю, а возвращаюсь... Даже если и расстаюсь на полгода, даже если останавливаюсь на день... Но послезавтра — с вокзала Аточа — на сверхскоростной электричке — в Севилью — в мечту!
Неужели увижу, наконец, Хиральду, кладбище Кармоны такое древнее, что поверить в это невозможно...
Сейчас читаю «Кожу для барабана» Переса-Реверте ( http://www.ozon.ru/context/detail/id/3747775/ ). Оч-хор!!! Не знаю, чем дело кончится, но завязка — отличная, и слог — его! Я с ним не согласен по многим вопросам, но писатель он замечательный.
Начало романа в Риме — в Ватикане. Так точно, так точно! Как он это все подсмотрел? Я примерно в то время не по долгу не службы — нет! — по президентству своему в Ассоциации «Поддержка материнства» — достаточно плотно общался с этими людьми, пусть не такого ранга — но достаточно высокого. Описаны очень точно... А у меня на них после этого такая аллергия возникла... (Не после чтения — после общения...)
А Рим — это просто попадание в яблочко! Мои любимые — и Гоголя :) — места! Испанская лестница, площадь Испании, виа Систина... Кафе «Эль Греко» — пусть распубликованное — но от этого не ставшее хуже :) Кофе пили там, атмосферу поймали... А на виа Бабуин — странная скульптура — не помню кого, но по ней назвали улицу — собор, где похоронен несчастный художник Кипренский... Бедняга...
Когда нашли его могилу и все засняли на пленку, местный монах подошел и долго-долго тупо изучал надпись надгробной вставки... Напишу об этом отдельно, но Перес так здорово описал кофепитие в этом кафе!
Но дальше действие переносится в Севилью — и роман севильский... И опять все так точно, так хорошо!
 Цитаты:
«Но почему только пятнадцать легіонеров, — будь они храбрѣйшіе из храбрых, легендарнѣйшіе из легендарных, — послано навстрѣчу обезумѣвшей, вооруженной до зубов полумилліонной черни, взбунтовавшейся против совѣсти, чести, против законов Божеских и человѣческих, против всего святого и чистаго? Почему? Вѣдъ, испанскій иностранный легіон насчитывает болѣе тридцати тысяч штыков, этой великолѣпно дисциплинированной, воспитанной на марокканских войнах пѣхоты.
Пока, — эти тридцать тысяч штыков были отрѣзаны от Испаніи, охваченной пламенем междуусобицы, пламенем пылающих церквей, пламенем живых факелов: облитых бензином и подожженных священников, офицеров, монахинь, аристократов...
В Севильѣ эти жертвоприношенія коммунистическому дьяволу, огненно кровавыя жертвоприношенія не успѣли разгуляться с обычной остервенѣлой разнузданностью. Пусть сорок тысяч рабочих отступили перед горстью храбрецов-патріотов генерала Кейпо ди Ллано, пусть многіе вожаки этих отуманенных нафанатизированных рабочих были схвачены и разстрѣляны, но сто восемьдесят офицеров и солдат, — весь надежный гарнизон Севильи, — может растаять, погибнуть в уличных боях, сметенный необъятной человѣческой лавиною.
Тріана — этот пригород на левом берегу Гвадалкивира, населенный полудикими гитаносами и преступными низами — зловѣще затаилась, ждала... Ждала сигнала, чтобы, хлынув через мост, влившись в банды рабочих, затопить прекрасную столицу Андалузіи и вырѣзать все живое, что только не молится двум богам: Анархіи и Большевизму.
Генерал Кейпо ди Ллано, пока не имѣя возможности сокрушить до конца воинской силою эту бандитско-мятежную армію, как тонкій дипломат бил ее по воображенію, по психикѣ...
Из отеля "Инглатерра" на плацца Сан-Фернандо, гдѣ был его штаб, он ежедневно обращался по радіо к Севильѣ и ко всей Испаніи. Этот сухощавый солдат, с таким же сухощавым породистым волевым лицом, говорил:
— Я вѣрю в побѣду національной Испаніи над жалкими одураченными рабами и наемниками красной Москвы... Потомки Сида, потомки Конквистадоров, потомки всѣх тѣх, кто творил великую имперію Фердинанда, Изабеллы, и Карла V, раздавят марксистов, этих насильников, поджигателей, подлых убийц, презрѣнных трусов, которые храбры только с беззащитными и слабыми! Я крѣпко держу в руках Севилью и никогда не позволю надругаться над нею лакеям Сталина, этому интернаціональному сброду! Никогда, — слышите... Слышите, банда болтунов, демагогов и кровавых паяцев, продающих Испанію палачам русскаго народа, засѣвшим в Кремлѣ, как в разбойничьем притонѣ. Если вы не успѣете убѣжать в послѣдній момент, вы займете у нас очень высокое положеніе, — так высоко мы вас повѣсим!...
Чеканный голос генерала звенѣл то патріотическим пафосом, то пламенным гнѣвом, то незыблемою вѣрою в свои силы, то ядовито презрительной ироніей... Безподобна была эта его игра на психологіи масс. Он гипнотизировал севильских рабочих, пистолеросов и подонков Тріаны...
Он выигрывал время... Дорог был каждый час! За эти дни и часы увеличивалась его армія... Как из под земли выростала фаланга фашистской молодежи. Недостаток воинскаго опыта замѣнялся у нея пылким энтузіазмом и любовью к родинѣ, за
которую она готова была отдать свою жизнь, еще не жившую, еще только-только вкусившую утренних зорь...»

«Тѣ же самыя ощущенія и на улицѣ. Но на улицѣ стройные, высокіе, в бѣлых тюрбанах, так эффектно оттѣнявших бронзовыя, неподвижно загадочныя черты, эти Омары, Ахметы, Селимы, хранили важное, восточно-мусульманское спокойствіе.
Особенно же, ловя на себѣ любопытные взгляды горожанок и горожан. Проходили мимо дворцов, храмов, магазинов с гигантскими витринами, как будто не замѣчая всѣх этих чудес андалузской столицы... И Ахмет наивно спрашивал Омара:
— И почему ты не удивляешься?
— А ты, почему?
— Пускай они думают, что у нас там, в наших дуарах все лучше и краше...
— Ну так вот и я потому же равнодушен... для них... Пусть думают...
Дѣвственный патріотизм, дѣвственная горделивость сынов пустыни.
Но когда сыны пустыни увидѣли Гиральду, этот кружевной минарет-башню, словно похищенный из сказки тысячи и одной ночи, это вдохновенное твореніе мавританскаго архитектора Джебеля, мусульманское умѣніе владѣть собою,
прятать свои чувства, измѣнило им. Горѣли черные глаза, свѣркали в улыбкѣ бѣлые зубы, вырывались гортанные восклицанія... Здѣсь уже нечего было замыкаться в себя: "Пустъ думают, что там у нас"... Это именно наше, она Гиральда, так легко, так воздушно воздвигнутая еще в двѣнадцатом вѣкѣ волшебством мавританскаго генія... Развѣ это не наше? И развѣ оттуда, сверху не наш муэдзин в теченіи трех столѣтій именем Аллаха не звал правовѣрных к молитвѣ? И наконец развѣ вся земля эта не была землею мавров?...
И тогда смертельная вражда кипѣла между христіанским крестом и мусульманским полумѣсяцем... А теперь, перед тою болѣе смертельной опасностью, имя которой — нечестивая пятиконечная красная звѣзда, — крест и полумѣсяц, объединились как братья...»

«— В Европѣ , да и не только в Европѣ , а нигдѣ, пожалуй, вы не найдете еще кладбище, подобнаго этому. Во всѣх путеводителях в Испаніи ему отводится
почетное мѣсто.
Играя камышевой тростью, блестя на солнцѣ моноклем в глазу, полковник граф ди Торехос, средь буйной растительности, средь надмогильных плит и крестов, пояснял своим легіонерам:
— Да и как не выдѣлить во всѣх этих "Бедекерах'' кладбище Кармоны? Не яляется развѣ оно многотысячелѣтней исторіей и древней Иберіи и Испаніи позднѣйших двѣнадцати вѣков? Іероглифы этой исторіи, как и кладбище — единственные
в мірѣ. Это: черепа, скелеты и кости всѣх тѣх, кого в порядкѣ постепенности здѣсь хоронили... Сначала древних финикійцев, пришедших из Африки, потом римлян колонизаторов, — еще уцѣлѣли кое гдѣ их саркофаги. Затѣм наводнили полуостров
вестготы — исполинскіе варвары в звѣриных шкурах. Глубоко под вами зарыты они вмѣстѣ со своими длинными копьями и мечами, чтобы, как подобает воинам, явиться на том свѣтѣ языческим богам своим... А эта витая мраморная колонна,
увѣнчанная мраморною чалмою?... — отыскал, концом тоненькой камышинки, граф средь христіанских могил типичный мусульманскій памятник, — это уже мавры вписали свою страницу в нашу исторію... А дальше, дальше на рубежѣ пятнадцатаго и шестнадцатаго вѣков вся Андалузія возвращается под власть испанцев к кладбище становится усыпальницею католиков...
— Пер Бакко, — вполголоса вырвалось у итальянца. И заулыбались всѣ кругом легіонеры.
— Вы что то сказали, Корти?
— Я ничего не сказал, господин полковник... То есть, я хотѣл бы сказать: Мадонна, до чего это удивительный интернаціонал получился!...
— Вы правы... Интернаціонал мертвых... Он спокойнѣе и безопаснѣе интернаціонала живых, с которым мы боремся и будем бороться до конца... Как здѣсь, глубоко под землею перемѣшивались скелеты карфагенян, римлян, вестготов, испанцев и мавров, так и в наших жилах течет кровь этих народов... Лучшіе испанцы впитали в себя лучшія их качества, худшіе же — дурные инстинкты и страсти... Не в этом ли
проклятіе худших? Не потому ли наши анархисты и коммунисты — низкое и темное отребье націи — творят такія жестокости, пятнают человѣческое имя такими неслыханными злодѣйствами?...
Умолк граф ди Торихос. Молчали и стоявшіе полукругом легіонеры. И, потому, что были под впечатлѣніем услышаннаго и потому, что хотя вопросы тѣснились у каждаго, но дисциплинированный солдат должен только отвѣчать на вопросы высшаго офицера и не самому задавать их..
И, несмотря на это, и хотя молодой полковник был требователен и даже строг во всем, что касалось сдужбы в строю, в частной жизни легіонеры чувствовали себя в его обществѣ хорошо и просто. Да и он был с ними обходителен и прост искусно совмѣщая такое отношеніе со своей свѣтскостью, своим моноклем, своей всегда изысканной внешностью. Они не только прощали ему свѣтскость, монокль и щегольство новенькой с иголочки формы. Они считали все это адски стильным для
начальника, под жестоким огнем, как на пикник водившаго их в атаку: презрительная улыбка , дымящаяся сигара, помахивающая камышинка... Весь он в этом, гордый, умѣющій прятатъ свои чувства и незамѣтно для других переживать
больное и острое. И все это послѣднее время он такой же ровный, выдержанный, а, между тѣм, всѣ до послѣдняго легіонера знают, как он должен страдать: в Мадридѣ и
Барселонѣ томятся, как заложники в коммунистических тюрьмах и "чека" его близкіе родственники, до братьев и сестер, включительно... Красавица жена Мигуэля ди Торихос в Малагѣ и брошена в темницу - баркас, охраняемый матросами.»
(Н. Н. Брешко-Брешковский «Кровавые паяцы»)

«— Въ Севильѣ, какъ полагается всѣмъ туристамъ, я заблудилась въ стриженныхъ аллеяхъ Альказара, умышленно запутанныхъ, какъ лабиринты. Въ соборѣ видѣла гробницу Колумба, поддерживаемую четырьмя гигантами; видѣла святого Антонія Падуанскаго, кисти Мурильо. Много лѣтъ назадъ голова святого была вырѣзана какимъ-то воромъ, была продана имъ въ Америку, вернулась назадъ и послѣ искуссной реставраціи, ничего незамѣтно. Очаровательны крылатые ангелочки, рѣющіе надъ колѣнопреклоненнымъ Антоніемъ! Эти ангелочки нѣжнѣе и воздушнѣе Рафаэлевскихъ херувимовъ. Но гдѣ я наслаждалась Мурильо, это въ музеѣ! Одна изъ его Мадоннъ, съ такой горячей гаммой красныхъ драпировокъ — ею можно безъ конца любоваться... Да! я побывала въ Кармонѣ, маленькомъ городкѣ въ нѣсколькихъ километрахъ отъ Севильи. Тамъ идутъ раскопки интереснѣйшаго кладбища. Это кладбище — тысячелѣтнее. Первый слой — гробницы мавровъ; слѣдующій — гробницы Вестготовъ и третій, послѣдній — римлянъ. Такихъ кладбищъ нѣтъ больше нигдѣ. Археологи въ безумномъ восторгѣ.»
(Н. Н. Брешко-Брешковский «Короли нефти. Часть первая. Роман княгини Светик»)

Profile

jan_pirx: (Default)
jan_pirx

February 2017

S M T W T F S
   1 23 4
5 6 78910 11
12 13 1415 16 17 18
19 202122232425
262728    

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 24th, 2017 12:50 am
Powered by Dreamwidth Studios